​​Бентли без тормозов

​​Бентли без тормозов

История Элизабет Бентли по-своему трагична. В отличие от множества других агентов, имевших российские корни, она – урожденная американка, причем по женской линии ее родословная восходит к отцам-пилигримам, основавшим Новую Англию. Она получила строгое воспитание, была одинокой, застенчивой девушкой. Училась во Флорентийском университете в годы прихода к власти Муссолини. Вернувшись в США, вступила в компартию. У нее было несколько неудачных романов. В 30 лет она все еще была не замужем. В этом возрасте, в 1938 году, она познакомилась с Яковом Голосом, человеком сложной судьбы и большого личного обаяния.

Голос, он же Рейзен Яков Соломонович, родился в Екатеринославе. Большевик с дореволюционным стажем. В 17 лет был арестован и приговорен к восьми годам каторги. Как несовершеннолетнему, каторгу ему заменили вечным поселением в Якутской губернии. Бежал в Японию, оттуда перебрался в США. Дважды, в 1919-м и 1926-м, приезжал в Советскую Россию, вступил в ВКП(б). В 1930 году начал сотрудничать с ОГПУ. В 1935 отправил жену и сына в СССР, где они получили советское гражданство.

Голос не только завербовал Элизабет Бентли, но и стал ее любовником, честно предупредив, что в Советском Союзе у него законные жена и сын. Интимной связью с Бентли Голос нарушил правила конспирации. Они жили в одной квартире, Элизабет, выполнявшая функции связника, узнала многое, чего она знать не должна была. Своего возлюбленного она считала героем. В ноябре 1943 года Голос умер. Элизабет Бентли решила, что должна занять его место и возглавить агентурную сеть, которой он руководил. Но Москва считала иначе.

 В качестве моральной компенсации Бентли сообщили, что она награждена орденом Красной Звезды. Правда, орден не дали – только показали его и фотокопию орденской книжки.

"Она выразила горячую благодарность и заверила, что будет работать не покладая рук, чтобы оправдать награду", – сообщал в Центр Горский.

Эмоциональное состояние Бентли ухудшалось. В июне 1945 года Громов писал в донесении: Бентли заявила нам, что американские земляки (активисты компартии.) – это продажная шпана и всех их, начиная с Рулевого (Эрл Браудер, генеральный секретарь КП США.), можно купить и продать за пару центов… Потом Бентли извинялась за эти выражения под тем предлогом, что сказала их, не подумав, под влиянием вина (трезвенницей ее вообще назвать нельзя). В общем и целом, Бентли является здесь для нас на сегодня серьезной и опасной обузой. Ее следовало бы забрать домой, но как это сделать, я, честно говоря, не знаю, т.к. нелегально она не поедет».

Мужа для Бентли так и не прислали. В итоге она впала в депрессию, стала все чаще прикладываться к бутылке. На встречу с Горским, случалось, приходила в пьяном виде. Угрожала дать показания сенатской Комиссии по антиамериканской деятельности. Перепуганный Горский докладывал Центру в конце сентября: «Учитывая то, что Б. добровольно никуда не поедет, а здесь может очень серьезно нам навредить, остается только одно самое радикальное средство, чтобы избавиться от нее». Центр с предложением не согласился: учитывая ее многолетнюю преданную работу, там считали маловероятным предательство Бентли. Горскому было приказано проявить «тактичность» в контактах с ней и оказать ей материальную поддержку (до 3000 долларов). 
В тот момент ни Горский, ни Лубянка еще не знали, что в августе 1945 года Элизабет Бентли вошла в офис ФБР в Нью-Хейвене, штат Коннектикут, и сказала, что хочет видеть дежурного. Дежурный выслушал ее, все записал и доложил куда следует. 17 октября Бентли пригласили в нью-йоркское отделение ФБР. О том, что она дала показания о своей работе на советскую разведку, Москва узнала три дня спустя из донесения сотрудника лондонской резидентуры Бориса Кротова.